• 11:00 – Водитель авто попал в кому после ДТП на Керченской трассе - «Керчь» 
  • 01:00 – Президент Абхазии: Если мы едины только на войне, зачем нам государство - «Политика» 
  • 05:00 – Пентагон сообщил о тяжелых боях с ИГИЛ в долине Евфрата - «Новости Дня» 
  • 05:00 – В Минобороны Белоруссии опровергли информацию о появлении новых российских баз - «Новости Дня» 

Проблемы автожиров - «ДНР и ЛНР»

По решению Советского Правительства на Ухтомском аэродроме в 1940 году был организован завод № 290 по производству винтообразных летательных аппаратов. Главным конструктором был назначен И.И.Камов. Началось постройка производственной базы, однако брань фашистской Германии против Советского Союза воспрепятствовала миролюбивому сооружению.

К этому времени было возвещено пять автожиров на иных заводах. С началом войны времена будто будто съежилось. Решения, на подготовку каких прежде уходили месяцы, ныне вытанцовывалось "протолкнуть" в почитанные дни. Уже 5 июля 1941 г. вышла директива Генштаба о формировании и отправке на фронт автожирной группы в составе 5 машин. Ускоренным способом возникла подготовка экипажей из числа строевых авиаторов и летчиков-наблюдателей. Автожиры в то времена почитались техникой персоной секретности, и военные авиаторы впервинку столкнулись с особенностями винтокрылых летательных аппаратов. Командиру 1-й автожирной корректировочной эскадрильи(АКЭ)старшему лейтенанту П.Г. Трофимову пришлось решать непростую задачу. Инстинкты пилотов восставали против многих особенностей техники пилотирования винтокрылых машин. Неприятности начинались залпом после взлета. Отсутствие автомата перекоса затрудняло задачу продольной балансировки при малых скоростях полета. Чаще итого неискушенный авиатор "передирал" машину, не вручая ей разогнаться, и переводил автожир в комплект вышины. Потеряв скорость, машина начинала парашютировать, утилитарны не реагируя на отпаянные деяния пилота. Если же на пути показывало загвоздка, то авиатор, натурально, пробовал отвернуть и бесповоротно терял скорость. Самолеты в подобный ситуации попросту сваливаются на покрывало и губят свои экипажи. Автожиры были милосерднее - они бросались, однако не убивали своих неискушенных "наездников", спасал вертящийся прущий винт, ограничивавший скорость удара о землю. За тяни стадия эксплуатации А-7-ЗА ни одинчлен экипажа не погиб, а поломок было довольно. Лишь в гробе августа пилоты освоили новоиспеченную технику столь, что стала вероятной отправка на фронт. Целью было проведение войсковых испытаний А-7-ЗА в районе ельнинского выступа.

29 августа 1941 г автожиры 1-й АКЭ поднялись в атмосфера и взяли курс на вест. До Гжатска добрались всего три машины из пяти, другие потерпели в авариях и вернулись на завод. Эскадрилью сопутствовала заводская бригада, возглавляемая заместителем Камова военинженером 3-го ранга резерва М.Л. Милем -впоследствии ведущим конструктором советских вертолетов. Подразделение было включено в состав ВВС 24 Армии, а в оперативном взаимоотношении подчинено командиру ИАП(163)майору В.В. Сухоря-бову. Около месяца автожиры и истребители полка базировались на аэродроме возле деревни Подопхай.

Из дневника Миля знаменито, что начальный бранный вылет А-7-ЗА был назначен на 31 августа с задачей корректирования жара 573-го артиллерийского полка, однако он был сорван из-за аховый координации между хкадрильей и полком. Реально две машины, пилотируемые авиаторами Шубичем и Николаевым, выполнили бранный вылет на разбрасывание листовок в немецком тылу в ночь с 31 августа на 1 сентября. Затем той же ночью летали Шубич(другой вылет), Куцевалов, Трофимов и Кондрашкин. Полеты ночью на А-7 были будет опасным делом, настолько будто на автожирах отсутствовали отвечающие навигационные приборы; не было даже подсвета приборной доски. Накануне ночью аэродром ИАП(163)бомбила вражья авиация, оттого взлет и посадка производились в кромешной тьме, с тем дабы не демаскировать аэродром вновь. 2 и 3 сентября были предприняты попытки организовать корректировку жара артиллерии. В начальный один воспрепятствовала басистая облачность, а во другой один автожир проскочил до Днепра, настолько и не снесшись с наземной радиостанцией. Только на этом этапе выяснилась парадоксальная предмет - радиостанция, введенная на автожире и особенно назначенная для связи с артиллерийскими позициями артиллерийского полка, не обеспечивала этой связи. Впоследствии пришлось однотипную радиостанцию освободить с одного из неисправных автожиров и передать артиллеристам. В ночь на 6 и 8 сентября автожиры вновь вылетали на разбрасывание листовок. Необычный внешний внешность машины вытребовал заинтересованность у фронтовиков, и Миль, побывав на авангардном КП артиллерийского полка, выведал о том, что автожир в окопах величают "пауком". Немцы, судя по всему, не излишне были обеспокоены появлением автожиров, и забранный в плен германский офицер рассказал об остроте, услышанной им на авангардный: "Ну, пропали, большевики против нас комбайны выпустили". Впрочем, оснований для веселья у немцев под Ельней в начале сентября не было - наши войска наступали, и 6 сентября противник бросил город.

Полеты А-7 продолжались. Одна из машин при рулении по травяному аэродрому влетела передней ногой шасси в яму, итогом чего стал визгливый "клевок" и поломка прущего винта. Под руководством Миля замену лопастей произвели в полевых обстоятельствах, однако последствия поломки очутились капитальнее - в одном из отладочных полетов стал слышен треск в редукторе, а после полета в его корпусе вскрылась трещина. На этой машине постановили не летать. Позднее два автожира были высланы для ремонта на завод.

Во другой половине сентября наконец-то наладилось взаимодействие с артполком и истребителями прикрытия. Вылет автожира на корректировку артогня 23 сентября обеспечивало звено аэропланов И-153 "Чайка". Результаты этого полета были расценены командованием артиллерийского полка будто недюжинно успешные. Медленно перемещавшийся вдоль линии фрон -та на вышине 300 м автожир был великолепной платформой для наблюдателя-корректировщика. Но эта же малая скорость позволяла немецкой зенитной артиллерии бойко пристреляться, и в одном из полетов жаром с земли был изранен летчик-наблюдатель Кондрашкин. К счастью, истребители противника не проявляли персоной активности, во всяком случае встреч с ними не было зафиксировано. Следует признать, что в случае атаки сверху автожир очутился бы в сложном положении, настолько будто сквозь прущий винт наблюдатель бить не мог, а большущая разница в скорости позволяла истребителю выбирать курс захода и дальность ведения жара. По-прежнему допекало аховое качество радиостанций, какие, несмотря на периодическую замену, не обеспечивали устойчивой связи между машинами и землей.

27-28 сентября в кадриль побывали Камов и группа сотрудников завода № 290. Камов сгонял и на КП артиллерийского полка, где интересовался воззрением артиллеристов об автожирах. По воспоминаниям Миля, отзывы были больно важнецкие. На вытекающий девай прилетела чета отремонтированных А-7-ЗАс завода. Но обстановка на фронте стремительно ухудшилась. Противник усилил давление на наши войска, перекинув на ельнинское курс добавочные силы. Начался отход, снялся с места истребительный полк. На аэродроме остались итого три автожира. Связь между командованием армии и штабом фронта была оборвана, немцы впервинку использовали мощные передатчики помех, заглушив работу складных радиостанций